Статья 1223. Право, подлежащее применению к обязательствам, возникающим вследствие неосновательного обогащения

Опубликовано 04-01-2011

1. К обязательствам, возникающим вследствие неосновательного обогащения, применяется право страны, где обогащение имело место.
Стороны могут договориться о применении к таким обязательствам права страны суда.
2. Если неосновательное обогащение возникло в связи с существующим или предполагаемым правоотношением, по которому приобретено или сбережено имущество, к обязательствам, возникающим вследствие такого неосновательного обогащения, применяется право страны, которому было или могло быть подчинено это правоотношение.

Комментарий к статье 1223

1. Статья 168 Основ гражданского законодательства устанавливала общую применимость закона места обогащения.
В новом законодательстве введено разделение статьи на два пункта, в чем находит отражение то, что институт неосновательного обогащения служит урегулированию двух разновидностей случаев.
Первая — это различные вариации получения имущества вследствие ошибки или недоразумения от лица, с которым у обогатившегося не было или не могло быть контактов и взаимоотношений. Ошибочное перечисление денег, отсылка вещей не тем адресатам — это разные виды так называемого аномального или случайного неосновательного обогащения, где само такое действие — главный и зачастую единственный юридический факт в отношениях сторон. В большинстве случаев здесь право места неосновательного обогащения должно быть известно и должнику, и кредитору. Поэтому в п. 1 комментируемой статьи устанавливается привязка к месту обогащения. Она также содержится в соответствующих законах Венгрии, Кубы, Латвии, Литвы, Перу.
Под местом обогащения, видимо, нужно понимать место, где должник вступил во владение и фактическое обладание имуществом, в том числе через лицо, считающееся представителем (например, перевозчик, агент, экспедитор). Это может быть место его банковского счета, место нахождения вещей в момент их получения, место основной деятельности должника, приобретшего неосновательно право требования. В случае сбережения — это место нахождения соответствующего имущества. Таким образом, мы полагаем, что местом обогащения должна являться территория, где имущество, приобретенное или сбереженное впервые (т.е. независимо от последующих действий), становится реальным активом должника, т.е. де-факто становится или остается его имуществом.
Во многих ситуациях это место, откуда обогатившийся может непосредственно осуществить передачу имущества третьему лицу по правовому основанию и фактически или где имущество, определяемое родовыми признаками, смешивается с имуществом должника. Отметим, что в фактическую возможность распоряжаться в качестве условия входит знание должника о передаче ему имущества.
Вместе с тем в ряде таких стран, как Польша, Тунис, Египет, Таиланд и др., принят критерий места действия, приведшего к неосновательному обогащению.
Обычно так называемое аномальное обогащение связано с вопросом о размере требований, а не об удовлетворении требования вообще. Величина долга, а не справедливость имущественного притязания, чаще является предметом спора, так как она определяется в зависимости от таких факторов, как умысел обогатившегося, добросовестность сторон, плодоносность имущества и т.п. Ввиду сказанного, в п. 1 комментируемой статьи введено такое необычное положение, что стороны могут альтернативно избрать право суда, которое будет регулировать их разногласия. Это даст возможность органу, разрешающему дело, упростить и ускорить калькуляцию требований, хотя известно, что в состоянии спора истцу очень трудно договориться с защищающимся ответчиком о каком-то облегчении и упрощении процедуры и алгоритма разрешения спора. Таким образом, можно говорить об ограниченно диспозитивной норме в абз. 2 п. 1, так как сторонам дано право избрать только один определенный регулирующий их отношения правопорядок.
2. Более распространенным случаем неосновательного обогащения является нарушение принципа эквивалентности вследствие недоразумения, действий, прерывающих исполнение обязательств из-за допущенных правонарушений, и т.п. Разбор таких казусов обогащений лучше подчинить праву, регулирующему правоотношения сторон, а если они не возникли, но имелись в виду, тогда праву, которое оказалось бы применимым в соответствии с коллизионными нормами ГК к взаимным правам и обязанностям сторон. Такая привязка вполне соответствует назначению материальных норм о неосновательном обогащении в отечественном ГК (гл. 60). Данный институт является универсальным средством правовой защиты и в договорных взаимоотношениях, и в случаях деликтов, и при недействительности сделок и т.п. Для удовлетворения судом требования достаточно указать на неосновательное имущественное приобретение на стороне должника как таковое, если речь идет об основной сумме. При этом ни правонарушение, ни причинную связь, ни вину доказывать не нужно. Для выравнивания имущественного баланса участников правоотношений привязка к месту обогащения может быть неадекватной, сторонней и никак не свойственной отношениям их участников. Когда, например, заключен договор, подпадающий под действие конкретной правовой системы, имевшейся в виду контрагентами, в связи с которым произошло имущественное приобретение сверх должного, то место обогащения не должно играть никакой роли в правовой интерпретации того, что в результате причитается так называемой потерпевшей стороне. Такое право может быть непригодным для рационального улаживания разногласий, так как в большинстве случаев иное право имелось в виду сторонами в неведении того, что возникшее правоотношение окажется неполноценным для использования иного, чем претензия из неосновательного обогащения, средства правовой защиты: требований об убытках, исполнении в натуре, выплате зачетной неустойки и т.п.