Статья 177. Недействительность сделки, совершенной гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими

Опубликовано 15-12-2010

1. Сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

2. Сделка, совершенная гражданином, впоследствии признанным недееспособным, может быть признана судом недействительной по иску его опекуна, если доказано, что в момент совершения сделки гражданин не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

3. Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 статьи 171 настоящего Кодекса.

Комментарий к статье 177

1. Необходимым условием действительности сделки является соответствие волеизъявления воле лица, совершающего сделку. Отсюда нельзя считать действительными сделки, совершенные гражданином в состоянии, когда он не сознавал окружающей его обстановки, не отдавал отчета в совершаемых действиях и не мог руководить ими. Причина таких состояний может быть самой разной: от заболевания и алкогольного (наркотического) отравления до состояния сильного душевного волнения, вызванного какими-либо событиями либо действиями. Отсюда комментируемая статья, во-первых, дополняет ст. 171. Она призвана защитить от последствий «эксцессов воли» лиц, страдающих временными либо стойкими психическими расстройствами, до того, как суд признает их недееспособными и своим решением защитит их от последствий таких поступков на будущее время. С момента вступления такого решения в законную силу и до момента его отмены никакие сделки этих лиц, даже если бы возможным оказалось доказать их «полную вменяемость», не будут иметь никакого юридического значения. Во-вторых, аналогичную функцию она выполняет и по отношению к ст. 176. Члены семьи и само лицо, совершившее сделку в состоянии сильного алкогольного либо иного наркотического опьянения, могут прибегать к помощи данной нормы до того, как гражданин, злоупотребляющий спиртными напитками и наркотическими веществами, будет ограничен судом в дееспособности. Наконец, в-третьих, эта статья охватывает все те возможные ситуации, которые не подпадают под эти две типичные, повторяющиеся, но в которых лицо, совершающее сделку, может оказаться вследствие собственной неосторожности, самонадеянности, в результате несчастного случая либо даже вследствие виновных действий других лиц. Оно может оказаться в таком состоянии, переоценив возможности своего организма и особенности его реакции на различные виды лекарственных средств, после полученной травмы, в результате психического (гипноз) либо физического (отравление) воздействия другого лица.

Сложность, однако, заключается не столько в квалификации, сколько в обеспечении доказательственной базы по таким делам. Именно в этой последней группе случаев обеспечить доказательства в гражданском процессе истцу особенно сложно, поскольку приходится собирать и исследовать фактические данные, почти не поддающиеся процессуальному закреплению: ведь суд должен оценивать психическое состояние лица в момент совершения сделки. Для этого приходится прибегать к сложной экспертной оценке, допрашивать свидетелей, не являющихся очевидцами события сделки, изучать истории болезней и т.д. Самыми весомыми критериями для суда в таких случаях обычно выступают «несоответствие встречных предоставлений», «явная неэквивалентность обмена» — обстоятельства, сами по себе дающие повод для признания сделки недействительной не столько по этому, сколько по иным основаниям — заблуждение, обман, насилие и т.д. Все это делает такие иски в рамках гражданского судопроизводства (с его скоротечностью и ориентацией на собственные силы сторон в деле собирания доказательств) малоперспективными. Лишь тогда, когда наряду с этим по делу устанавливаются и другие, более весомые, факты, свидетельствующие не столько о состоянии лица, сколько о нарушении порядка совершения сделки, появляется возможность выиграть дело. Так, показания свидетелей, подтверждающих факт нахождения истца в состоянии опьянения в момент нотариального удостоверения сделки, могут дать основание суду признать такую сделку недействительной.

Сделка эта является оспоримой. Требование о ее признании недействительной может быть предъявлено как самим гражданином, находившимся в таком состоянии, так и иным лицом, чьи права были нарушены совершением сделки. К иным лицам относятся супруг, другие члены семьи, а также наследники этого лица. В практике встречаются случаи оспаривания по этому основанию завещаний, составленных наследодателем в период, когда он страдал каким-либо заболеванием. В таких делах, разумеется, шансов на успех у истца больше, но и здесь само по себе наличие такого заболевания, даже психического расстройства, еще не гарантирует признание завещания недействительным. Нужно доказывать наличие «особого состояния» завещателя в момент составления завещания, когда самого завещателя уже нет в живых. В таких делах даже эксперты могут давать противоположные заключения. Суду приходится принимать во внимание всю совокупность обстоятельств дела, в том числе и то, в какой мере составленное завещание соответствует действительной воле завещателя с учетом всех установленных судом фактов.

2. Закон предусматривает особый случай защиты прав лица, страдающего психическим расстройством, но еще не признанного недееспособным. Ему и другим заинтересованным лицам можно предъявлять иск на общих основаниях, а можно добиться такого результата по итогам двух процессов. В первом процессе лицо признается недееспособным. На основании решения суда о признании лица недееспособным опекуном предъявляется иск о признании недействительной сделки, совершенной этим лицом. Это не означает, что истец освобождается от необходимости доказывания психического состояния недееспособного лица в момент совершения сделки. Но здесь ему уже не нужно доказывать причину такого состояния, поскольку наличие психического расстройства, в силу которого недееспособный не может понимать значения совершаемых действий и руководить ими, подтверждено решением по первому делу. Таким образом, остается подтвердить наличие у лица такого психического расстройства в момент совершения сделки, что в большинстве таких случаев достаточно для того, чтобы сделка была признана недействительной.

3. В случае признания сделки недействительной по рассматриваемому основанию наступают те же последствия, которые установлены для признания недействительными сделок, совершенных недееспособными или ограниченно дееспособными, — двусторонняя реституция, возмещение реального ущерба другой стороной, если она знала или должна была знать о состоянии лица, совершившего сделку.