Статья 233. Клад

Опубликовано 17-12-2010

1. Клад, то есть зарытые в земле или сокрытые иным способом деньги или ценные предметы, собственник которых не может быть установлен либо в силу закона утратил на них право, поступает в собственность лица, которому принадлежит имущество (земельный участок, строение и т.п.), где клад был сокрыт, и лица, обнаружившего клад, в равных долях, если соглашением между ними не установлено иное.

При обнаружении клада лицом, производившим раскопки или поиск ценностей без согласия на это собственника земельного участка или иного имущества, где клад был сокрыт, клад подлежит передаче собственнику земельного участка или иного имущества, где был обнаружен клад.

2. В случае обнаружения клада, содержащего вещи, относящиеся к памятникам истории или культуры, они подлежат передаче в государственную собственность. При этом собственник земельного участка или иного имущества, где клад был сокрыт, и лицо, обнаружившее клад, имеют право на получение вместе вознаграждения в размере пятидесяти процентов стоимости клада. Вознаграждение распределяется между этими лицами в равных долях, если соглашением между ними не установлено иное.

При обнаружении такого клада лицом, производившим раскопки или поиски ценностей без согласия собственника имущества, где клад был сокрыт, вознаграждение этому лицу не выплачиваются и полностью поступает собственнику.

3. Правила настоящей статьи не применяются к лицам, в круг трудовых или служебных обязанностей которых входило проведение раскопок и поиска, направленных на обнаружение клада.

Комментарий к статье 233

1. Абзац 1 комментируемой статьи включает две правовые нормы. Первая содержит определение клада. Главным в нем является указание, что вещи, являющиеся кладом, должны быть зарыты в земле или сокрыты иным образом. Эти вещи, следовательно, должны были в свое время быть объектом волевой целенаправленной деятельности по их сокрытию. Между кладом и находкой (ст. 227 ГК) имеется как сходство, так и различие: в обоих случаях имеет место обнаружение вещи. Однако в случае клада речь идет об обнаружении такой вещи, которая была специально сокрыта.

Время, прошедшее между сокрытием вещи и ее обнаружением, не имеет значения. Сокрытие вещи может быть произведено как угодно давно. С другой стороны, если вещь не была сокрыта, то она не является кладом, сколько бы времени ни протекло до момента ее обнаружения. Известен, например, случай, когда один из древнерусских князей в междоусобной битве потерял свой шлем, который был найден лежащим на поверхности земли через 500 лет. Если бы его обнаружение произошло в период действия комментируемой статьи, он не мог бы быть признан кладом. Сходные факты имели место и в других странах. В частности, в Великобритании недавно были обнаружены драгоценные предметы, утерянные еще древнеримскими солдатами (в одном случае — на дне реки, а в другом — в бывшей казарменной уборной).

Вторым моментом в определении клада, содержащимся в абз. 1 п. 1 комментируемой статьи, является указание, что вещь признается кладом, если она является деньгами или ценными предметами. Закон не устанавливает каких-либо ограничивающих признаков в отношении обеих категорий вещей.

Третьим моментом является указание на то, что собственник соответствующих предметов не может быть установлен. Оставлен открытым вопрос о том, кем производится такое установление. Отметим лишь, что ГК использует здесь термин «установление», который указывает на официальный характер соответствующего вывода.

Четвертым моментом является требование, чтобы собственник сокрытых вещей утратил на них право, причем утратил в силу закона. Здесь также вопрос оставлен открытым, хотя и упоминается о правоприменении.

2. Вторая правовая норма, содержащаяся в абз. 1 п. 1 комментируемой статьи, регулирует вопрос о приобретении права собственности на клад. Вопрос этот решен ею не полностью.

Оставлена без внимания ситуация, когда клад был обнаружен лицом, который имеет право собственности на имущество, в котором тот был сокрыт. При решении этого вопроса следует опираться на абз. 2 п. 1 данной статьи. Коль скоро при обнаружении клада лицом, не имеющим согласия собственника имущества, право собственности на клад приобретается собственником имущества, в котором тот был сокрыт, то тем более право собственности принадлежит ему же, если он сам обнаружил клад.

3. Специальное правило, содержащееся в абз. 1 п. 1 комментируемой статьи, регулирует другую ситуацию, а именно случай, когда клад был обнаружен лицом, не являющимся собственником земельного участка или иного имущества, где клад был сокрыт. В этом случае право собственности на него приобретают два лица: лицо, которое является собственником упомянутого имущества, и лицо, обнаружившее клад. Тем самым клад становится их общей долевой собственностью (п. 2 ст. 244 ГК), причем их доли являются равными. Такое решение имеет глубокие исторические корни. Так решался этот вопрос в Древнем Риме со времени императора Адриана. Впрочем, ГК допускает и иное решение вопроса по соглашению собственника и лица, обнаружившего клад.

ГК говорит об обнаружившем клад как о лице. Понятие лица определяется нормами подразд. 2 «Лица» разд. I «Общие положения» ГК. Нашедшим клад может быть не только физическое, но и юридическое лицо.

Что касается другого участника общей долевой собственности на клад, то и абз. 1 п. 1 комментируемой статьи говорит о лице, которому принадлежит имущество. Вещь принадлежит лицу, которое имеет на него право собственности. Это следует иметь в виду, поскольку ГК прямо указывает на земельный участок. Последний не принадлежит ни тому, кто имеет на него право пожизненного наследуемого владения, ни обладающему правом постоянного (бессрочного) пользования.

4. Правило, установленное абз. 2 п. 1 комментируемой статьи, вытекает из п. 3 ст. 261 ГК, предусматривающего, что собственник земельного участка вправе использовать по своему усмотрению все, что находится над и под поверхностью этого участка. Соответственно, ему принадлежит право давать согласие другим лицам на поиски клада на его участке. Такое же право принадлежит и собственнику других видов имущества, где может быть сокрыт клад (ст. 209 ГК). Соответственно данная норма устанавливает, что в случаях, когда поиски клада осуществлялись без согласия на это собственника имущества, право собственности на клад принадлежит собственнику соответствующего имущества. Эта норма является императивной.

ГК уполномочивает давать согласие, в частности, собственника земельного участка. Поэтому таким правом не обладают ни субъект права пожизненного наследуемого владения, ни субъект постоянного (бессрочного) пользования.

5. Обращаясь к абз. 1 п. 1 комментируемой статьи, отметим, что он содержит две правовые нормы. Первая регулирует приобретение права собственности на вещи особого рода, а именно на вещи, входящие в клад и представляющие собой памятник истории или культуры.

Прежде всего отметим, что в этом случае объектом правового регулирования является клад (или его часть), т.е. вещь, определение которой дано в абз. 1 п. 1 комментируемой статьи.

Кроме того, абз. 1 п. 2 комментируемой статьи требует, чтобы вещь относилась к памятникам истории и культуры. Следует подчеркнуть, что закон использует при этом термин «памятник». По своему содержанию понятие памятника культуры значительно уже, чем понятие культурной ценности, используемое как самим ГК (ст. 240), так и ч. 3 ст. 4 Федерального закона от 15.04.1998 N 64-ФЗ «О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации» (в ред. от 22.08.2004) <1>.

———————————

<1> СЗ РФ. 1998. N 16. Ст. 1799; 2000. N 22. Ст. 2259; 2004. N 35. Ст. 3607.

С другой стороны, в п. 2 комментируемой статьи речь идет о таких вещах, относящихся к памятникам истории и культуры, которые по своим физическим характеристикам обладают способностью быть сокрытыми в другом имуществе. По этой причине понятие памятника истории или культуры, употребляемое ст. 233, отличается от одноименного понятия, употребляемого Федеральным законом от 25.06.2002 N 73-ФЗ «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации» (в ред. от 31.12.2005) <1>, который относит к памятникам истории и культуры отдельные постройки, здания и сооружения, ансамбли (т.е. исторически сложившиеся группы строений), произведения ландшафтной архитектуры и достопримечательные места (ст. 3).

———————————

<1> СЗ РФ. 2002. N 26. Ст. 2519; 2003. N 9. Ст. 805; 2004. N 35. Ст. 3607; 2005. N 23. Ст. 2203; 2006. N 1. Ст. 10.

6. Регулируя вопрос о приобретении права собственности на содержащиеся в кладе вещи, принадлежащие к памятникам истории или культуры, п. 2 комментируемой статьи устанавливает, что право собственности приобретает государство. Однако при этом он использует неудачное выражение «подлежит передаче в государственную собственность», которое может быть понято в том смысле, что в результате обнаружения клад поступает в собственность кого-либо еще, кто и обязан его передать. В действительности данный случай приобретения государством права собственности относится к числу первоначальных, а не производных способов приобретения права собственности.

Эта норма рассматривает государственную собственность в общем виде, в то время как та делится на федеральную государственную собственность и государственную собственность субъектов РФ. Положение об учете, оценке и распоряжении имуществом, обращенным в собственность государства, утвержденное Постановлением Правительства РФ от 29.05.2003 N 311 <1> «О порядке учета, оценки и распоряжения имуществом, обращенным в собственность государства», определяющее дальнейшую судьбу вещей, входивших в состав кладов и приобретенных государством в собственность в силу п. 2 комментируемой статьи, устанавливает, что оно передается Минкультуры России (его территориальному органу по сохранению культурных ценностей) (п. 2 «б»).

———————————

<1> СЗ РФ. 2003. N 22. Ст. 2171.

7. Абзац 1 п. 2 комментируемой статьи регулирует также случай, когда клад, содержащий вещи, относящиеся к памятникам истории и культуры, был сокрыт в имуществе, принадлежащем одному лицу, но обнаружен другим лицом. Установлено, что оба эти лица имеют право на получение вместе вознаграждения в размере 50% стоимости клада. Вознаграждение это распределяется между ними в равных долях. Последняя норма диспозитивна.

В силу этого правила комментируемой статьи возникает обязательство. Одной стороной в этом обязательстве выступают два лица: лицо, обнаружившее клад, и собственник земельного участка или иного имущества, где клад был сокрыт. Право на вознаграждение имеет лицо, обладающее правом собственности на земельный участок, включая соответствующее муниципальное образование, а также само государство (если клад был найден на государственной земле).

Существенным недостатком комментируемой статьи является отсутствие прямого указания на другую сторону в обязательстве, а именно на сторону, обязанную выплатить вознаграждение. Можно, конечно, сделать вывод, что поскольку право собственности приобретает государство, то оно и является стороной в обязательстве. Но оставлен открытым основной вопрос: какой именно государственный орган обязан уплатить вознаграждение? Не указано это и в Положении от 29.05.2003 N 311. Такой пробел в законодательстве по этому ключевому вопросу способен в конечном счете нанести вред делу сохранения памятников истории и культуры.

Существуют и другие пробелы. В частности, не решен вопрос, как быть в случаях, когда собственником имущества, в котором был сокрыт клад, является сама Российская Федерация или субъект РФ.

8. Пункт 3 комментируемой статьи устанавливает, что правила, содержащиеся в ее п. п. 1 и 2, не применяются к определенным лицам. Их деятельность регулируется Федеральным законом «Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации». Он устанавливает, что физические и юридические лица, проводившие археологические полевые работы, в течение 3 лет со дня выполнения работ обязаны передать все обнаруженные культурные ценности на постоянное хранение в государственную часть Музейного фонда РФ (п. 9 ст. 45). Эта обязанность распространяется и на обнаруженные ими клады, в том числе относящиеся к памятникам истории и культуры.

9. Из изложенного выше видно, что комментируемая статья не лишена существенных недостатков. Еще более важно, что многие ее нормы недостаточно увязаны с правилами гражданского процесса.

Как отмечалось, комментируемая статья в целом ряде своих правил предполагает определенные судебные акты. Иногда это делается почти прямо, в частности когда ГК требует, чтобы было установлено, что собственник сокрытых вещей в силу закона утратил на них право, либо чтобы был установлен их собственник. В других случаях ГК косвенно предполагает участие судов, например при решении вопроса о принадлежности клада к памятникам истории или культуры.

Между тем ГПК, установивший закрытый перечень дел, рассматриваемых в порядке особого производства, не включил в него дела о кладах (п. 1 ст. 262). Это существенный пробел. Как показывает иностранная практика стран с развитой рыночной экономикой, дела о кладах способны вызывать сложные споры.